a70e0e77     

Вересов Дмитрий - Белая Ночь



detective love_detective Дмитрий Вересов Белая ночь Белой ночью может произойти что угодно. Кому-то ее сумрак подарит сказку, а кого-то лишит последней надежды…
Они учились в одном классе, но не было на свете людей, столь разительно не похожих друг на друга. Женя Невский — последний романтик, трогательный и беззащитный.
Саша Акентьев — любимец девчонок и сын знаменитого режиссера. Кирилл Марков — сложная натура, одинаково любящая рок-музыку и поэзию Блока. Они окончили школу.

Взрослая жизнь встретила одного — изменой и болью, второго — муками совести и сомнениями, и только третьему повезло. Но никто из них не знает, что связь их сердец ничто не может нарушить, и порой эта связь будет надеждой и спасением, а иногда — ужасом и проклятием… Никто из них не знает, что их судьбы предопределены века назад неведомыми мистическими силами…
ru ru Black Jack FictionBook Tools 2005-01-28 OCR LitPortal 18B6894D-6FBE-413E-B836-60BCA517C1E6 1.0 Вересов Д. Путники. Белая ночь Издательский дом «Нева» СПб. 2005 5-7654-3925-Х Дмитрий ВЕРЕСОВ
БЕЛАЯ НОЧЬ
ПРОЛОГ
ГРАНАТ И МРАМОР: ЧЕРНОЕ НА БЕЛОМ
Камень проблескивал одинокой огненной искрой. Казалось, что под его округлой, цвета темной крови, поверхностью что-то происходит. Массивные серебряные кружева с вензелями в виде букв G и U образовывали четырехзубую коронку, что и держала сам камень.
— То, что вы разглядываете, маэстро, весьма и весьма недурно! — к Бенвенуто подошел сам хозяин. — Очень недурно! Вам нравится? У этого камня есть история.

Не желаете ли узнать?
— О, да, сеньор!
Лавка Тьерино слыла одной из самых богатых во Флоренции. Богатой не только товаром, но и клиентами. Богатыми клиентами.

Те покупали и заказывали у Тьерино драгоценности на все случаи их богатой жизни. Взорам состоятельных флорентийцев были представлены тут не только прекрасные изделия мастерских Тьерино, но и привозные украшения из других стран Европы, Азии, Индии и входящей в моду дикой России.

Особенно ценились уральские самоцветы. Алмазы из северной Сибири стоили дороже африканских, поскольку были прозрачней. Да и сами российские ювелиры, с легкостью освоив тогдашние вкусы Европы, могли кое-кого поучить.

Был у Тьерино и скупщик. Он разыскивал по Флоренции и окрестностям всяческие украшения. Покупал их по весьма сходным ценам у мелких торговцев, трактирщиков; словом, у тех, с кем могли расплатиться драгоценностями.

Порой попадались весьма интересные экземпляры. Иногда очень старой работы.
Как вот это кольцо из серебра с черным гранатом кабошоновой огранки, что разглядывал сейчас один из покупателей.
Покупателем был известный в ту пору скульптор Бенвенуто Альдоджи, получивший заказ на несколько копий античных скульптур от одного вельможи из России. Ему предстояло выполнить их с имеющихся оригиналов, но используя новых натурщиц.
— Кому же суждено носить этот редкий камень?
— Редкой красавице, дорогой Тьерино. Редкой.
— Прошу прощения, но кто же она? Вы же не станете скрытничать…
— Не стану, мой друг. Вот только в размере я не совсем уверен. Не могли бы вы подготовить для меня лекало?
— Вашему-то глазомеру и лекало? Доверьтесь своим глазам, сударь, — и хозяин недвусмысленно подмигнул скульптору.
— Сейчас мне бы хотелось, чтобы было не на глаз, а в точности, чтобы это кольцо мягко и крепко сидело на ее мраморном пальчике.
— Мраморном? Боюсь, не совсем вас понимаю, маэстро.
— Ах, простите. Я под мраморностью имел в виду свойства ее кожи.
Взор Бенвенуто слегка затуманился. Он вспомнил, как его поразил вид просвечивающих на солнце пальчик



Назад