a70e0e77     

Вершинин Лев - Дархай 2



Лев ВЕРШИНИН
ВЕЛИКИЙ САТАНГ
Анонс
Перед вами - потрясающая книга.
Книга - яростная и оригинальная.
Книга, жанр которой практически не поддается определению.
Фантастическая антиутопия - или "фантастика-предупреждение"?
"Черная" научная фантастика - или закамуфлированная под научную фантастику философская притча, основанная на классической юго-восточной традиции?
Не суть важно.
Главное, перед вами - книга, в которой КАЖДЫЙ истинный знаток фантастики найдет что-то для себя лично - увлекательные ли приключения на далеких мирах, биение ли подлинной, обжигающей мысли.
НЕСКОЛЬКО ОТРЫВКОВ ИЗ "ОБЩИХ РАССУЖДЕНИЙ"
(Вместо пролога)
Ну-с, помолясь, начнем... Как известно, никто не хотел умирать. И не хочет.
Мысль до омерзения банальна, как, впрочем, банален и тот грустный факт, что рано или поздно никто с нежеланием человеческим считаться не станет. В конце концов умирают все. Умирают пахари и знахари, президенты и резиденты, рокеры и брокеры, бюро - и демократы.
Не скажу ничего нового, сообщив, что подчас умирают даже те, кого при жизни официально признали бессмертными...
Кстати, о бессмертных.
Вряд ли кто-нибудь помнит точно, сколько вообще было римских пап. Однако не секрет, что к концу двадцать второго столетия по Рождеству Христову таковых с именем Бенедикт насчитывалось ровнехонько двадцать семь.
В тихой тенистой Аллее Скорбящих на задворках земного Ватикана каждый желающий может за скромную плату вволю полицезреть строгую надгробную плиту черного базальта, информирующую о скоропостижной кончине Его Святейшества Бенедикта XXVII в завидном возрасте восьмидесяти девяти лет.
Но сие - неправда.
Не спеши надрывать душу свою скорбью, любезный мой читатель! Папа Бенедикт XXVII все еще жив и шлет тебе свой пастырский привет...
Да-да, я живу; более того, никогда еще не чувствовал я себя так свежо и бодро, хотя мой врач, магистр Джамбатиста ди Монтекассино - этакий чудак! - с упорством ишака продолжает пичкать меня транквилизаторами.
Ох уж эта мне медицина!
Хотел бы я видеть лицо достопочтенного магистра психиатрии и доктора экзотической гомеопатии, узнай он, что его драгоценные пилюли из кожуры неведомого мне плода я аккуратнейше выплевываю в унитаз...
Нет-нет, что вы, я вполне доверяю своему медику. Но в моем возрасте, знаете ли, не стоит оригинальничать...
В общем и целом мне здесь хорошо.
За мной сохранена чудесная библиотека, выделен беленький игривый пони, мне оставили мою замечательную капеллу и более чем солидную коллекцию марок. Все это скрашивает мое, скажу откровенно, не вполне добровольное уединение; да к тому же и планетка Церкви единой, Авиньон VII, весьма мила. Флора, фауна, рассветы-закаты, климат и прочее... жить, в сущности, можно, хотя и довольно скучно.
В старости время тянется долго, особенно по ночам.
А ночи здесь длинные...
Вот поэтому-то, когда Его Святейшество мой блаженнейший преемник Иоанн Павел IV - да будет земля этой сволочи пухом! - упрятал меня сюда, сообщив на весь мир о безвременной кончине, а в кулуарах обозвав шизофреником, я наконец-то начал обстоятельно размышлять, есть ли Бог...
И знаете что? Похоже, что все-таки - да!
Можно долго спорить о том, прав или не прав был Второй Лхасско-Тегеранский (Объединительный) Вселенский собор, но как бы там ни было, а я целых восемнадцать лет был и папой римским, и всеми пятью патриархами, и обоими католикосами, и далай-ламой, и халифом правоверных, а некоторые именовали меня даже Великим Мгангой.
Господу это, видимо, нравилось, ну и я был не против.



Назад