a70e0e77     

Виан Борис - Поездка В Херостров



Борис Виан
Вечеринка у Леобиля
(Из сборника "Волк-оборотень")
Веки Фолюбера Сансонне, на которые, проникая через решетчатые ставни,
падал волнистый солнечный луч, были изнутри приятного красновато-оранжевого
цвета, и Фолюбер улыбался во сне. Он шел легким шагом по теплому белому гравию
в саду Гесперид, и красивые звери с шелковистой шерстью лизали ему пальцы ног.
Тут он проснулся, осторожно снял с большого пальца ноги ручную улитку
Фредерику и вернул ее на исходную позицию с таким расчетом, чтобы она снова
добралась до него к завтрашнему утру. Фредерика фыркнула, но промолчала.
Фолюбер сел на постели. Каждое утро он не спеша размышлял, избавляя себя
от необходимости думать днем, а тем самым от многочисленных неприятностей,
докучающих людям беспорядочным, дотошным и беспокойным, которые во всяком
действии видят предлог для размышлений, бесконечных (прошу извинить меня за
длинную фразу), а зачастую - и беспредметных, поскольку о предмете они при
этом забывают.
Необходимо было продумать:
1) во что себя облачить;
2) чем себя подкрепить за завтраком;
3) как себя развлечь.
Вот и все, потому что было воскресенье, и вопрос о том, где раздобыть
денег, был уже решен.
Фолюбер по порядку обдумал все три задачи.
Он тщательно умылся, энергично почистив зубы и высморкавшись двумя
пальцами, и стал одеваться. По воскресеньям он всегда начинал с галстука и
кончал ботинками - прекрасная утренняя зарядка. Он достал из ящика пару новых
носков из чередующихся полосок: синяя полоска - просвет - синяя полоска -
просвет и так далее. Когда носишь такие носки, можно красить ноги в любой
цвет: его видно между полосками. Фолюбер был робок и потому выбрал
яблочно-зеленый.
В остальном он оделся как обычно, если не считать синей рубашки, и сменил
белье, ибо думал о том, что ему предстоит "в-третьих".
За завтраком он подкрепился селедкой под норковой шубой, политой нежным
маслом, и съел булочку, свежую, как глаз, и, как глаз, обрамленную длинными
розовыми ресницами.
Наконец он позволил себе поразмыслить о предстоящих воскресных
развлечениях.
Сегодня был день рождения его друга Леобиля, и по этому случаю
устраивалась вечеринка.
При мысли о вечеринках Фолюбер погрузился в глубокую задумчивость. Дело в
том, что он страдал болезненной застенчивостью и втайне завидовал смелости
тех, кого должен был сегодня увидеть: ему хотелось бы обладать ловкостью
Грузнье в сочетании с пылкостью Додди, шикарной элегантностью Ремонфоля и
привлекательной суровостью Абадибабы или же ослепительной лихостью любого из
членов Лориентского городского клуба.
А между тем у Фолюбера были красивые каштановые глаза, мягко вьющиеся
волосы и милая улыбка, которой он покорял сердца, не ведая об этом. Но он
никогда не осмеливался воспользоваться преимуществами своей наружности и вечно
сидел в одиночестве, в то время как его приятели ловко отплясывали с красивыми
девушками свинг, гопачка и аргентинскую тумбу.
Это зачастую повергало его в уныние, зато по ночам он утешался снами. Во
сне он был полон отваги, и красивые девушки обступали его, умоляя, как о
милости, чтобы он с ними потанцевал.
Фолюберу вспомнился сон, который он видел сегодня ночью. Ему приснилось
прелестное создание в платье из лиловато-голубого крепа. Светлые волосы падали
ей на плечи, на ногах были маленькие туфельки из голубой змеиной кожи, и
забавный браслет, который он не мог бы уже описать в точности. Во сне он ей
очень понравился, и кончилось тем, что они вместе ушли.
Наверняка о



Назад